Category: общество

Вина

Отчего это кажется, что собаки, в отличае от людей, умирают будто бы понарошку? Будто бы не окончательно, словно бы остаётся какая-то надежда на неокончательность - как в повести Бланшо "При смерти". У меня было три собаки и все три умерли, две - на моих руках, последняя - без меня, когда я был уже в Париже, мама похоронила её у нас во дворе по окнами моей комнаты, насыпала холмик, посадила цветы, я её очень любил, у неё были нежные, влажные глаза. Внимательные - как у молодого Бобби Фишера. Я помню, как умирали мои собаки, вытягивая лапы и я думал про то, есть ли у них душа, а если нет, то тогда все собаки - суть одна собака, оттого смерть одной собаки не так трагична, как смерть человека, жизнь словно бы переходит от одного тела к другому, минуя, огибая смерть и возможно оттого она и кажется мне неокончательной. Хотя, это всё игры, потому что, несмотря на то, что собаки не имеют лиц (лица необщим выраженьем), но только морды, as rule, лишённые индивидуальных переживаний и конкретных моментов, все они серьезно отличались друг от дружки и по характеру, и по эмоциональному строю и даже, смею утверждать, интеллектом. Вот коты, да, те как китайцы - кажутся мне наделены одним и тем же характером и повадками, возможно, потому что я не слишком много уделял, уделяю им своего внимания, не слишком глубоко о них думаю? А собаки все единичны, оттого они и ближе к людям. Более антропоморфны, что ли.

Андреа стоит в будке и вспоминает собак, которые у него были. Он и сам достаточно часто кажется себе бездомным псом, что если и является преувеличением, то не слишком уж и значительным, больным. Когда видит на улице бездомную псину, хочет подмигнуть ей, мол, мы с тобой одной крови, сесть на корточки, заговорить с собакой на одном языке. Тем более, что здесь, в Париже,с этим строго - всюду транспоранты, призывающие подбирать за своими питомцами говно, выгуливать их в строго отведённых местах, не то, что в родной Аргентине, где всей этой живности ну такое раздолье... И жёлтая земля и синее-синее (аж скулы сводит) небо и воздух жирный, морской, так и хочется нарезать ломтями, чтобы вернувшись в Буэнос-Айрес положить в холодильник и потом всю неделю питаться сочными, сочащимися ломтями. Вспомнил дом, Андреа вспоминает и Риту, её юбочку и ухмылку, её веснушки и родинку там, где никто не видит - её можно попробовать только языком, если найдёшь, как ягоду, в складках. Это наша с тобой тайна, теперь, скорее всего, не только со мной и, точнее всего, уже не со мной, как ты там живёшь, Рита, с кем тебе дружится, кто спит с тобой рядом под простынёй, изнывая от жары и духоты, но, тем не менее, не умея отлепиться от твоих прохладных коленей и локтей, от твоих жаростойких чресел, от тугих ягодичек, которые хочется гладить-гладить-гладить, водить рукой, словно бы сглаживая невидимые неровности, словно бы, как на гончароном кругу, доводя их до ослепительной, ослепительнейшей глади. А помнишь, как я всю ночь смотрел на тебя и гладил тебя, твои волосы на голове, твои густые-густые волосы, которые спали вместе с тобой, а мне совершенно не хотелось спать и смотрел, как спишь ты. Ты спала и от тебя шло такое спокойствие, меня всегда это дико трогало и возбуждало - как легко ты засыпала в моём присутствии, как доверчиво тянулась ко мне во сне; доверие - вот главное слово, которое характеризует отношение женщины к мужчине, даже если они совсем ещё незнакомы, но именно из доверия и возникают и привязанность и любовь и всё остальное. И нарушение доверия оказывается началом конца, началом разрушения отношений, об этом ещё, кажется Оскар Уальд говорил, мол, мы принимаем женщин такими, каким они являются, но почему им нужно напридумывать из своего мужчины бог знает что, а потом, разочаровываясь, не прощать ему того, что он не соответствует её придумкам, что-то в этом роде, видимо, в "Идеальном муже" или около него, если воспользоваться последним критическим собранием сочинений...

Конечно, я вам не скажу за всю набережную, но мне кажется, что именно эту ночь - когда она спала, а я нет, Рита сейчас и помнит. У неё наверняка есть мужчина, она же не может быть одна, да такая женщина и не заслуживает одиночества (а что, есть такие, что заслуживают?), но, уверен, время от времени она вспоминает меня и тогда останавливается на достигнутом, и взгляд её накрывает временная катаракта, она уходит в себя, словно съёживается изнутри, вспоминая и, одновременно, предполагая, что могло бы быть у нас с ней дальше, если бы я остался или взял бы её с собой, или если бы она приехала-переехала в Париж (отчего я употребляю глаголы именно в прошедшем времени? А потому что знаю точно, что она не приедет, не переедет, Атлантика слишком глубока и широка, точно знаю, что ничего больше не будет, хотя, разумеется, свободный человек из свободной страны,она в любой момент может приехать к подножью Трокадеро), и потом она встряхивает голову, чтобы воспоминания и мысли улетели-улетучились, потому что нечего себя тратить на то, чего нет и на того, кого больше нет. А ведь ты мне сегодня приснилась, настигла в прыжке, кто бы мог подумать, а вот ведь как, вот ведь как, приснилась, деточка, как живая, как родная, стоит такая, застенчиво улыбается, как всегда улабылась, когда хотела сказать я хочу тебя, но никогда не говорила, потому что стеснялась, потому что табу, любила секс, но отказывалась о нём говорить, называть по имени, обижалась, когда я её спрашивал - а ты дрочишь?, говорила, что никогда не мастурбировала, не царское это дело, и взгляд такой чистый, невинный, но я никогда не верил, мне кажется, что дрочила, но никогда не признавалась, особенно на вторую половину вопроса - а что или кого тогда ты себе представляешь?, потому что тогда всё это было слишком свежо, слишком болезненно, из-за того, что я увёл Риту у своего приятеля, точнее, лучшего друга, скорее всего, она сейчас снова с ним, потому что она, в отличие от Марго, не любит гулять по рукам, но архитепически верна, как и положено женщине-жене, знаю, знаю, ты, конечно с ним, оттого и не приедешь, оттого и глаголы, оттого и приснилась...

... эту скачкообразную галимотью в голове А прерывает мощный удар грузовика, который не вписался в поворот и изо всей силы врезался в будку, буквально сплющив её о плющ и стену близ стоящего дома. Вы когда-нибудь видели в Париже грузовой транспорт? Разве ему не запрещено? Разве все дороги и дорожные знаки не пророчат объезд, в объезд? Откуда ты взялось, оружие мщение и если это так, за что, кого, зачем мстишь? Андреа погибает мгновенно, с Ритой перед глазами в тот самый момент, когда в проводах происходит соединение, шуршание пространства сменяется гудками, которые прерываются и Ритин заспанный голос говорит: "Алло".
Ответить Андреа уже не успеет.
  • Current Music
    Моцарт